Трепещет яростное сердце,
Пылают очи старика,
Почуяв в доме иноверца,
К кинжалу тянется рука...

Важа Пшавела

Война в Абхазии
1992—1993
Увеличение текста: Ctrl+

НачалоВоенные преступления против мирных жителейМатериалы уголовных дел по фактам массовых убийств, геноцида и других тяжких преступлений, совершенных властями Грузии → Преступления против мирного населения

Невозможно перечислить все злодеяния, совершенные вооруженными формированиями Госсовета Грузии на территории Абхазии.

Однако память безвинно погибших и покалеченных, а также и правосудия требуют, чтобы я привел хотя бы некоторую часть этих зверств.

Начну с Очамчырского района.

  • Нодар Ашуба, майор милиции. В сентябре был взят охурейскими сванами в центре города и зверски убит — отрезаны уши, вырвано сердце, выбиты глаза;
  • Даур Гогуа, начальник связи г. Ткуарчал. Зверски замучен и убит сванами в селе Охурей;
  • Беслан Тарба, 22 года, житель г. Очамчыра. Зверски убит в селе Араду за то, что сказал, что он абхаз;
  • Валерий Кортава, житель г. Очамчыра. Зверски убит гвардейцами;
  • Гриша Маргания и его жена расстреляны гвардейцами у себя дома. Неделю не давали захоронить трупы;
  • Володя Бигвава, пенсионер. Был расстрелян 15-летним палачом по кличке Гаврош на берегу моря;
  • Тамара Какалия, домохозяйка. Застрелена в своем дворе бойцами «Мхедриони»;
  • Отар Турнанба, житель г. Очамчыра. Застрелен дома бойцами «Мхедриони»;
  • Юрий Пачулия, житель г. Очамчыра, предприниматель. Застрелен дома (в Очамчыре жили несколько человек, носящих это имя);
  • Валерий Халваш, водитель чаеразвесочной фабрики. Убит гвардейцами из числа местных жителей у себя дома;
  • Вова Чаабалурхва. Убит у себя дома гвардейцами из команды Бабу.

Сам Бабу, которого грузинское телевидение показало в белой бурке как национального героя, возглавлял банду таких же наркоманов и садистов, как он сам. На их совести огромное количество жертв.

Среди них — Римма Джобава, красавица-абхазка, которую изнасиловали 8 гвардейцев на глазах у мужа, мегрела Гено Самушия. Он пытался ее защитить. Они отрезали у нее, еще живой, ногу, а затем сожгли дом вместе с Гено и Риммой. Они же убили и сожгли вместе с домом их соседей — Гварамия. Затем была вырезана и сожжена семья турков Буюк-оглы — хозяин, его мать Соня, сестра Валя. Их зверски убил их же сосед Искра Морохия.

Эти страшные факты зверства и дикости потрясли весь район, люди негодовали. Собрались у здания администрации, выражали протест, но никаких мер не было принято, чтобы прекратить зверства против мирного населения. Убийства продолжались. Были убиты, замучены: Ваня Авидзба, рабочий Очамчырского маслоэкстракционного завода; Руслан Жиба, мастер-кафельщик, отец 4-х детей; Ибрагим Кифалба, плотник, турок по национальности; Камо Сарбекян, укладчик асфальта, армянин; Сократ Адлейба, Толик Хиба, абхазцы; Шалико Амичба и его жена, оба пожилые люди, абхазцы; Юрий Селим-оглы, турок, капитан милиции; многие другие были зверски убиты или замучены в своих домах, на улицах, на службе и т. д.

Свидетельствует представитель колхоза «Лабра» с. Лабра Аведян Ардаш Арутюнович:

В селе Лабра было 530 дворов с населением 3200 человек. В Лабрах представителями грузинской армии совершены страшные злодеяния и преступления, грабежи, насилия и погромы, пытки и издевательства над мирными людьми, престарелыми жителями села. Танками, бронетранспортерами и другой тяжелой техникой полностью уничтожены центральная и все бригадные дороги, табачные сараи, цитрусовые сады, кукурузные и табачные поля. Разграблена молочно-товарная ферма, похищено 70 голов скота, у населения взято свыше 900 голов коров и быков, свиней, кур, уток и индеек.

Похищено 500 тонн зерна кукурузы, 150 тонн сухого табака, у населения отобраны принадлежащие им трактора, прицепы, мотоблоки, мотороллеры, велосипеды, мотоциклы и др. техника до 700 единиц.

Полностью, от начала и до конца разграблен высокорентабельный кооператив «Крестьянка», где было до 60 голов скота, в том числе 33 коровы, продуктивность каждой в среднем составляет 3000 кг молока.

Похищено 7 единиц техники. В целом по колхозу взято гвардейцами и присвоено до 30 единиц различных тракторов и грузовых автомашин. В селе нет ни одного здания. Разрушены и разграблены здания правления колхозов, администрации села, дома культуры, гаражи, объекты торговли, быта и здравоохранения. Уничтожены 97% домов, принадлежащих населению, разрушены все хозяйственные постройки и помещения. Разрушены и уничтожены многие родовые кладбища, серьезные повреждения имеются и на общем кладбище села, расположенном рядом с административным зданием колхоза.

До прихода гвардейцев на счету колхоза было 14 млн рублей. Почти полностью эта сумма была взята из банка. Помимо этого по дороге в село Лабра было похищено гвардейцами 3 млн рублей наличными. У населения было отобрано свыше 10 млн рублей. В каждой семье без исключения по 5-7 раз побывали гвардейцы, которые с неслыханной жестокостью обошлись с населением, грабя, издеваясь, терроризируя его. У многих граждан вырывали золотые зубы, были взяты деньги, золото, ценности, домашняя утварь, все имевшиеся продовольственные запасы (мука, крупа, сахар и др.).

Им же представлены списки зверски убитых жителей с. Лабра:

  • Текнеджян Ашот, 60 лет, колхозник, убит в постели;
  • Чепнян Варжен и его жена. Последняя задушена в постели, дом сожжен;
  • Беланко Валерий, 33 года, военный, отец 4-х детей;
  • Калайджян Азатум, 55 лет, колхозник;
  • Геворкян Геворк, колхозник;
  • Тополян Киракос, 1936 г. р., колхозник. Убит за то, что у него фамилия Тополян;
  • Зебелян Тигран. Застрелен дома.Зебелян Тоно. Убит, сожжен в своем доме;
  • Устян Аракис, 80 лет, пенсионер. Зверски замучен и убит дома, дом сожжен;
  • Кешешян Шалико Микасович, бригадир колхоза, 50 лет. Застрелен.
  • Устян Тигран, 55 лет;
  • Зейтунян Асмик, 40 лет;
  • Мелконян Артил, 106 лет. Зверски замучен: били, пытали, переломали руки, ноги, затем расстреляли;
  • Аветисян Вагаршак, 50 лет. Замучен, расстрелян;
  • Кереселян Сарик, 65 лет. Расстреляна.

Всего по селу убито 22 человека, многие пропали без вести, каждого второго жителя села подвергли нечеловеческим и зверским пыткам. По свидетельству лабринцев в пытках и истязаниях людей, наряду с гвардейцами и «Мхедриони», особую жестокость проявляли местные жители, их бывшие соседи цагерцы, кочарцы, ахалдабцы, в большинстве своем сваны, фамилии этих людей известны.

Пытки применялись к простым колхозникам, ветеранам, молодежи — людям, далеким от политики, потомкам армян, уцелевших от армяно-турецкой резни 1915 года…

Приведу некоторые другие показания.

Габлия Иоланды, 1970 г. р., абхазки, проживающей в с. Тамыш Очамчырского района:

14 августа 1992 г. наше село обстреливали войска Госсовета, всем селом мы прятались в лесу. С нами было 18 детей до трех лет. Вертолет, облетая местность, постоянно искал жителей села. Ночью женщины вернулись домой за едой для детей, взяли теплые вещи. Утром женщин и детей удалось вывезти в село Кутол. Из Кутола пешком с детьми добрались в село Джгерда, а оттуда — в Члоу. По пути нас постоянно обстреливали из самолетов и вертолетов.


Свидетельство Папаскири Тины, 1941 г. р., абхазки, матери 5 -х детей, проживающей в с. Цхенцкар Очамчырского района:

С 17 августа находиться в нашем селе было опасно для жизни. Я со своими детьми ночевала в соседнем селе, а днем приходила к себе домой, следила за домом. Несколько раз приходили грузинские гвардейцы, которые унесли все, что было в доме. 3 ноября мой муж шел по сельской улице и был убит выстрелом из грузинского танка. Увидев это, я схватила своего младшего сына и побежала в лес, грузинские гвардейцы долго стреляли нам в след. Через некоторое время мы тайком забрали тело моего мужа. Гвардейцами были угнаны наши коровы, а кур просто перестреляли.


Свидетельство Зарандия Александра, 1950 г. р., абхаза, проживающего в г. Очамчыра:

28 августа 1992 г. мой шурин, 33-х летний Беслан Тарба и его сосед мегрел, поехали из г.  Очамчыра в с. Моква. Позже оказалось, что в тот день в этом селе грузинские гвардейцы грабили жителей и сжигали их дома. На обратном пути шурина и его соседа остановили 18 гвардейцев. Узнав, что Беслан абхаз, они прострелили ему ногу из автомата, затем ногой выбили глаз, две пули выпустили в живот, затем добили выстрелом в ухо. Мегрелу гвардейцы прострелили ногу только за то, что он был с абхазом.


Свидетельство Ториа Георгия, 1924 г. р., абхаза, жителя с. Тамыш Очамчырского района:

19 октября грузинские гвардейцы поймали меня на сельской дороге, взяли в штаб. Допрашивали: «Где сыновья?» Избили, причем били прикладом автомата в лицо, между глаз, в результате чего я перестал видеть левым глазом. В тот же день меня отпустили, я ушел в соседнее село. Мой дом был сожжен в начале февраля.


Свидетельство Харандиа Гиты, 1932 г. р., абхазки, проживающей в с. Тамыш Очамчырского района:

В середине сентября 1992 г. в деревню вошли на танках госсоветовцы. Я с сыном находилась дома, танк въехал в наш двор. Один из гвардейцев с автоматом стоял у окна, четверо других вошли в дом, начали его обстреливать. Они забрали 17 золотых колец, всю посуду и все хорошие вещи и погрузили на танк. Гвардейцы ворвались на кухню с криком: «Где партизаны? Ты служишь им?» Затащили нас на второй этаж дома. Затем пять вооруженных гвардейцев приказали показать место нахождения партизан, в противном случае пригрозили расстрелом. Сына повели по лестнице, я стала упрашивать не убивать его. Один из них выстрелил и ранил его в лицо, челюсть была оторвана, зубов не было… Решив, что они убили моего сына, гвардейцы ушли в другой дом.

В это время наши соседи Цоценидзе и Мурман Барвенадзе помогли вывести сына через заднее крыльцо в лес. Как только вышли в поле, нас заметил вертолетчик и начал обстреливать. Мы спрятались в болоте, затем в лесу, кукурузном поле. Добрались до больницы в с. Джгерда. Врач направил раненого в Ткуарчал, т. к. ранение было тяжелое. В больнице сделали все необходимое и сын выжил. Через месяц я вернулась домой в с. Тамыш. Со мной жил племянник 17-ти лет. Когда опять пришли госсоветовцы грабить дом, племянник убежал через кукурузное поле. Стали допрашивать: «Куда ушел сын? Он партизан?» Начал обстреливать нас, невестке руку задело. Увидев кольцо на руке невестки, приказал снять. Поняв, что оно простое, стал кричать: «Убери, вот у меня» и вытащил из-за пазухи полный полиэтиленовый мешочек золотых изделий. В это время завыла собака и ее пристрелили. Нас собрали вместе. Выяснив, что племянник студент 2-го курса факультета физики стали задавать вопросы по математике. Потом стали доказывать, что это их земля, что мы начали эту войну, хоть нам жилось очень хорошо. Всех нас взяли в заложники. Потребовали 1,5 млн рублей. На следующий день мой брат отнес им все деньги, которые были дома. Но им показалось очень мало и его избили, сломали несколько ребер, а нас заставили приготовить им еду… Следующей ночью все мы выехали в г. Ткуарчал. После нашего отъезда сожгли наш дом…


Свидетельство Лакербая Игоря, 1933 г. р., абхаза, проживающего в г. Очамчыра по ул. Когониа, 2:

С момента ввода в г. Очамчыра войск Госсовета грузинские гвардейцы стали свирепствовать, сжигать, грабить магазины и дома абхазов. Вначале они сожгли дома: Р. Буюк-оглы, В. Каксузяна, А. Адлейба, Р. Тарба. Ограбили Диму Агрба, Валерия Бутба и многих других. Около тысячи домов разрушили боевой техникой в селах Меркула, Беслаху, Цхенцкар, Тамыш, Киндыг, Адзюбжа, Атара Армянская, Арасадзыхь, Атара Абхазская, Лабра, Аракич и др.

Я, как и многие другие абхазы, не мог выйти в город. До 26 октября 1992 года меня никто не трогал. Когда начали брать абхазов в заложники, я и Роман Тарба перешли жить к моей дочери Лали. В этот же день в 17 часов шесть гвардейцев вошли в квартиру, потребовали оружие, которого у нас не было. Затем стали бить прикладами автоматов меня и Романа, после чего мы упали, нас стали бить ногами, вывели из квартиры и сбросили с лестницы. Потом нас обоих бросили в кузов грузовой машины, и кто-то из них предложил расстрелять нас, чтоб не возиться. Но нас привезли в здание администрации, где размещался штаб боевиков. Когда нас завели в кабинет, я заметил Ломинадзе Г., бывшего и. о. Министра внутренних дел Абхазии. Потом перевели в кабинет главы администрации, где находилось еще три абхаза, и продолжали издеваться. Около пяти часов мы находились в кабинете начальника полиции Жгенти, а затем ночью бывший работник Гулрыпшского райвоенкомата Джикия на своей машине доставил меня и Р. Тарба ко мне домой. За это время грузинские гвардейцы успели ограбить мой дом.

Помню, когда меня везли в штаб, меня долго били, выясняя, какую сумму денег я передал абхазам на оружие. Мне стало плохо с сердцем. Когда я хотел принять нитроглицерин, у меня отняли таблетку и выбросили. На голове у меня была рана, правый глаз был залит кровью…


Свидетельство Харчилава Эммы, 1960 г. р., абхазки, проживающей в г. Ткуарчал по ул. Кутаисская, 37:

Моя свекровь Шурдулава Ксения, 78 лет, проживает в селе Киндыг Очамчирского района. В сентябре 1992 г. она была дома одна. Неожиданно дом окружили 8 грузинских гвардейцев, которые попытались влезть в окно дома. Тогда свекровь открыла дверь и впустила их. Они обыскали дом, все, что понравилось, забрали себе, зарезали бычка, козла решили забрать живым и преподнести своему начальнику. Затем стали издеваться над старухой: толкать дулом автомата, обстреливать, заставляли бегать вперед-назад. Ей чудом удалось спастись. Абхазские ополченцы вывезли ее в Ткуарчал. Ее дом сожгли, убили племянника Валерия Шурдулава и бросили труп в лесу. Его труп обнаружили через 28 дней. Мой свекор был в Сухуме. По пути оттуда его и соседку забрали грузинские гвардейцы. Они издевались над нами, попытались изнасиловать соседку, а когда свекор за нее заступился, пригрозили расстрелом. Их спас один из грузинских гвардейцев.


Свидетельство Какалиа Зинаиды, 1946 г. р., абхазки, проживавшей в г. Очамчыра:

3 февраля 1993 года двое грузинских гвардейцев пришли в дом Чамки Тарба и его дочери Раи. 65-летнюю мать завели в другую комнату. Раю начали бить прикладом автомата и руками, били в лицо и голову. Из носа потекла кровь, под глазами появились синяки. Им приказали, чтобы они покинули дом, что они были вынуждены сделать и уехали из города.

13 февраля 1993 года ночью в дом Амичба Шалико, проживавшего в г. Очамчыра, пришли оккупанты. Они стали его бить. В доме находились: 65-летний хозяин, его жена Александра 56 лет, теща Вардичка 86 лет, соседка Маргания Маро 75 лет, муж ее уже был убит ими. Всех их расстреляли. В опустевший дом вселились грузины.

30 марта 1993 года грузинские гвардейцы выкопали труп Володи Бигвава. Они говорили, что труп им нужен для обмена.


Свидетельство Какалиа-Джинджолия Ларисы, 1951 г. р., абхазки, проживавшей в с. Меркула Очамчырского района:

Когда началась война, я находилась дома. 18 августа 1992 года в село вошли грузинские гвардейцы. Их было 250-300 человек, 6 танков, БМП. Танками обстреливали фабрику, дома, людей, били молодых людей, отбирали деньги, золото, оскорбляли. Пришли к нам домой, взломали двери, стали искать мужа. Испугавшись, я сказала, что он умер, тогда один из них взял меня за шиворот и стал бить. На мой крик выбежали соседи Арзиани Гиви с женой, они защитили меня. Потом я пряталась у них. Грузинские мародеры вывезли весь чай из чайной фабрики, ограбили все дома, угнали все машины.

Через некоторое время я с ребенком уехала в г. Ткуарчал. Когда 21 октября 1992 года я с сыном летела из г. Ткуарчал в г. Гудаута, вертолет посадили в Сухумском аэропорту. Гвардейцы потребовали документы, увидев фамилию Какалиа, вывели и отвели от вертолета на 50 метров. Выясняли, кем нам доводится полковник Виктор Какалиа. Сына посадили в машину, стали избивать. Требовали различные сведения о штабе, о количестве чеченцев и т. д. Когда он отказался отвечать, его били прикладом автомата. Со мной сделали то же самое, грозились изнасиловать, пять человек по очереди били, выбили два зуба. Один пожилой мужчина заступился за нас, угрожали летчику расправой за то, что посадил нас в вертолет. Пассажиры тоже вступились за нас, за что один «воин»-грузин ударил пожилую русскую женщину. После всего этого я нуждаюсь в медицинской помощи.

Свидетельство Лагвилава Наиры, 1940 г. р., абхазки, жительницы с. Адзюбжа Очамчырского района:
21 октября 1992 года 7 часов утра грузинские гвардейцы расстреляли автоматной очередью в доме моего мужа Виктора Джирчевича Лагвилава и Виктора Ивановича Лагвилава. На моего мужа и Виктора донесли соседи Допуа Джульетта и ее отец Допуа Сандро. По их доносу были убиты Славик Хашба, Мераб Гвинджия, Джамбул Допуа, Вова Мишелия. 13 октября, когда они шли на абхазские позиции, грузинские гвардейцы, устроив засаду, расстреляли их. Только один из них, несмотря на перелом ноги, сумел уйти в лес.

Оккупанты разграбили и сожгли дома соседей: Бжаниа, Миро Чанба, Жоры Адлейба.

После всего этого я ушла в с. Кутол.


Свидетельство Гелина Владлена, сотрудника миротворческой миссии «Омега»:

2 марта 1993 года должен был состояться обмен: грузинская сторона должна была передать живых пленных, абхазская — тела погибших во время боя в с. Меркула Очамчырского района, всего шесть трупов. Перед обменом грузинские гвардейцы расстреляли абхазских пленных: Адлейба Тамаза, Зарандия, Жукова Сашу, Курскую Ирину, Адлейба Рудика, Акаба Игоря, Турнанба Отара. Тела их были изувечены. И. Курская — медсестра — попала в плен легко раненной. У нее были вырезаны груди, женские органы, горло перерезано. Один из трупов не смогли опознать, настолько он был изувечен.


Свидетельство Киут Ирины, 1974 г. р., абхазки, проживавшей в с. Киндыг Очамчырского района:

14 августа 1992 года в наше село вошли грузинские гвардейцы. В 11 часов утра мы находились в кафе. Через витрину кафе я увидела, как на танках по улице проезжали гвардейцы и обстреливали улицы. На моих глазах ранили в ноги Батала Гвинджия 22-х лет и Аслана Киут 10-ти лет. Родители Батала и Аслана повезли раненных в больницу.


Свидетельство Учава Алексея, 1944 г. р., абхаза, жителя с. Кутол Очамчырского района:

После того, как я похоронил своего зверски убитого сына Романа, я вместе с другим сыном Родамом ушли в партизаны. Грузинские гвардейцы заехали в мой двор на танке, дом разрушили и уничтожили сад.

В с. Киндыг в октябре 1992 года «Мхедриони» зашли в дом больного Жоржа Тужба. Дома были жена Жоржа, невестка Жанна Тужба 25 лет, внуки 3-х и 4-х лет. Перед лежащим в постели Жоржем выстроили всех его родных и на его глазах зарезали их, затем убили и его. Дом облили бензином и подожгли. Абхазские партизаны, пришедшие на помощь, успели вынести трупы.

Моего племянника Игоря Квициниа и троих его однофамильцев поймали грузинские гвардейцы в с. Атара Абхазская в октябре 1992 года. Игорю приказали сесть в танк. Когда он стал сопротивляться, грузинские гвардейцы взяли колючую проволоку, обвязали ею шею Игоря, привязали его к танку и волокли по улице около одного километра. Госсоветовцы оставили его только тогда, когда проволока перерезала шею. Игорю было 20 лет.

Юрий Учава, мой старший брат, жил в г. Очамчыра, имел 2-этажный дом и 3 автомашины. Он отдал грузинским гвардейцам две машины по их требованию. Они потребовали и третью машину. Когда Юрий отказался подчиниться, гвардейцы выстрелили в ногу племяннику и раздробили ее. Раненный, он выскочил во двор, спрятался под машиной, которая стояла у ворот дома. Заметив племянника, гвардейцы выволокли его на асфальт и переехали колесами автомашины несколько раз раненную ногу, спрашивая при этом: «Хочешь жить?» Грузинские гвардейцы уехали, решив, что он умер. Слава Учава сейчас лечится в Москве.


Свидетельство Джинджолиа Нонны, 1959 г. р., абхазки, проживавшей в г. Ткуарчал по ул. Лакоба, 18-27:

В середине сентября 1992 г. к моему двоюродному брату Раулю Джинджолия, 35 лет, проживавшему в г. Очамчыра, пришли в дом 10 грузинских гвардейцев и забрали его. Через три часа они подъехали вновь к дому на машине, в багажнике которой, как узнали позже, лежал избитый Рауль. Его матери — 70-летней Шуре Джинджолия — сказали, чтобы она отдала все деньги и золото, пообещав вернуть сына. Но обещание не сдержали, уехали и продолжали издеваться над ним, привязав его к машине и волоча по улице, вызывая страх у абхазского населения.

Русская женщина, фамилии которой я не знаю, нашла Рауля, лежавшего на берегу, без сознания. Его привезли в Очамчырскую железнодорожную больницу, ему оказали помощь. Врач по фамилии Джинджолия спрятал Рауля. Его перевели в дом дяди — Жилина Шамугия. Посещения больного вызвали подозрения соседей и его пришлось вывезти из города и переправить из Поти в Москву, где ему сделали операцию.


Свидетельство Турава З. В., 1926 г. р., абхазки, жительницы с. Цхенцкар Очамчырского района:

Первым в селе Цхенцкар убили Ашба Апту, 55-ти лет. Когда он возвращался домой, его нагнала машина с гвардейцами. Апту втащили в машину, увезли в Цагеру. Там его убили, тело велели выбросить в море, но исполнители подбросили труп ближе к деревне. Абхазы тайком забрали тело Апты. Голова была рассечена топором на две части, на лице остались следы автоматной очереди.

Гергия Шакро, 38 лет, тоже взяли на улице. Сначала  отрезали пальцы, поломали руки, а затем отрезали голову.


Свидетельство Допуа В. К., 1938 г. р., жителя села Адзюбжа Очамчырского района:

6 октября местные мародеры совместно с грузинскими гвардейцами вошли в село. Забрали с собой детей, женщин, стариков. Среди них — Допуа Амиран Астамурович, его жена Невенчанная Татьяна Яковлевна, их дети — Допуа Фатима 18 лет, Саида 16 лет, Луиза 10 лет, Гарри 13 лет, Шукри 15 лет, Аркадий 4 года. Взрослых выстроили перед танком, детей же посадили в танк и направились в сторону Дранды. Мирных жителей использовали в качестве заслона от обстрелов партизан. Допуа Джульетту, привязав веревками к танку, поволокли по улице.

Такой же случай произошел в селе Кутол Очамчырского района. В начале октября 1992 года партизанами был взорван мост через р. Тамыш. Грузинским гвардецам нужно было обеспечить переправу через реку. Зашли в село Старые Киндги, забрали семью Гвинджия Н. из шести человек, из них трое детей в возрасте от 5 до 10 лет. Выстроили их перед мостом, тем самым оградив себя от обстрелов абхазских партизан. Мирные жители простояли там весь день, пока гвардейцы не отремонтировали мост.


Свидетельство Гвинджиа Марины, абхазки, жительницы с. Киндыг Очамчырского района:

18 октября 1992 года наш дом окружили 20-25 грузинских гвардейцев и стали стрелять в нас. Согнали под дерево во дворе. Стали бить моего брата Тамаза. Денис, мой племянник, попросил: «Дядя, не бей папу!» После последовавших выстрелов ребенок потерял дар речи. Они обыскали весь дом в поисках золота, денег. Вдруг я услышала крик одного гвардейца: «Стой, сдавайся!» Это относилось к моему двоюродному брату Гвинджия З., который попытался бежать. Он не остановился и был застрелен гвардейцами. Затем, по требованию гвардейца я перевязала всем руки одной веревкой. Меня поставили впереди, обвязав этой веревкой за талию. Так нас повели по сельской дороге. Нас стали избивать, а потом обстреливать. Все сбились в кучу. Там был убит наш сосед Киут З. Моих братьев и отца жестоко избили. У отца были переломаны ребра, отбиты пальцы рук и ног, отбита память. Брата на допросах били, прижигали сигаретой лицо, сожгли усы, били в голову, инсценировали расстрел, пробили ему череп. Сестру мою избивали, когда она падала, обстреливали, затем ее изнасиловали… Очевидцем всего этого был мой отец


Свидетельство Саакян Азнифы Левоновны, 1961 г. р., армянки, проживавшей в с. Лабра Очамчырского района:

На третий день войны грузинские гвардейцы подъехали к нашей деревне на танках. Мы решили перекрыть дороги в село, чтобы нас солдаты не беспокоили. Но они заявили, что мы, армяне, поддерживаем абхазов и что они нам устроят второй Карабах и никто не уйдет живым. Они ворвались в село. Первым домом, куда они вошли, был дом Кейян Мисака. Они там все переломали, наиболее ценные вещи забрали с собой, подогнав грузовую машину КамАЗ. В декабре 1992 года они убили мою свекровь Сару Айрапетян, 65 лет, в своем доме.


Свидетельство Такнеджян-Пашьян Вероник Антоновны, 1964 г. р., армянки, проживавшей в с. Лабра Очамчырского района:

24 января 1993 года трое грузинских гвардейцев ворвались в дом к моему отцу и матери. Они требовали деньги и золото. Их у отца не было. Они стали издеваться над отцом (58 лет) и матерью (56 лет). Отец парализованный лежал в постели. Гвардейцы скрутили обе руки моей матери и переломали их, а затем разрезали живот, и она в ужасных муках скончалась. Тогда отец попросил, чтобы они его тоже застрелили, и они застрелили его.


Свидетельство Урумян Киркора, 1961 г. р., армянина:

В конце августа 1992 года ко мне в дом пришли грузинские гвардейцы. Их было четверо. Они хотели забрать машину. Я отказался. Они стали бить меня по голове, по почкам, по ногам. Три дня я не мог передвигаться. Через три-четыре дня пришли вновь уже другие гвардейцы. Они требовали, чтобы я пошел в грузинскую гвардию. Я отказался, меня избили. В декабре я с другом Данелян Левоном ехали в автобусе, нас вытащили, стали избивать за то ,что говорили на армянском языке. 8 марта я бежал в Россию.


Свидетельство Саакян Нателлы Ефремовны, 1941 г. р., армянки, проживавшей в с. Лабра:

В начале октября ко мне в дом пришли 8 гвардейцев. Потребовали принести ключ от машины, в противном случае пригрозили сжечь дом. Обстреляли весь дом. Вещи, спрятанные в сарае, сгорели вместе с сараем. В ноябре они пришли вновь, забрали моего мужа вместе с двумя соседями в грузинский штаб. Там их избили. Вернулся он весь в синяках через сутки после того. Его били в сушилке для машин. Ему нанесли сильные удары по голове, спине, рассекли голову, сломали ребра. Их после того пришлось долго лечить. Прятались в доме зятя Геворкян Эдика. Через неделю сожгли наш дом. Мы вынуждены были бежать в Россию.


Свидетельство Мелконян Рафика, армянина, 1941 г. р., проживавшего в с. Лабра Очамчырского района:

7 декабря  1992 г. пришли пятеро гвардейцев. Они требовали, чтобы мы освободили помещение для того, чтобы они могли спать. Что мы и сделали. Через день они начали грабить, обстреливать дома, ломали танками заборы. В те же ночь ворвались в дом к Текнеджян Ашоту, убили его и его жену. У мертвых вырвали зубы и ушли. Они вырывали зубы и у живых людей.


Свидетельство Галустян Гоар, 1951 г. р., армянки, проживавшей в с. Лабра Очамчырского района:

25 декабря 1992 г. к нам в дом зашли пять грузинских гвардейцев, требовали золото, деньги. Они обстреляли меня три раза, стреляли под ноги, соседи были вынуждены собрать золотые вещи и отдать им.

Через три дня грузинские гвардейцы пришли вновь. Вытащили больного Галустян Арута из постели, избили его. 22-летний грузинский гвардеец хотел забрать его жену, затем началась стрельба. После этого начали вновь избивать, били уже и Казанджян Тиграна.

16 января 1993 г. грузинские гвардейцы вновь пришли ночью. Они зашли к нашим соседям — Ираносу Хазарян 70 лет и Биазару Хазарян 60 лет, требовали деньги, золото. В ту же ночь избили Саркиса Мелконян, поломали ему два ребра, вывихнули руки.

12 января 1993 г. грузинские гвардейцы зашли в дом к Рафику Текнеджян, заставили всех лечь на пол. Его жену — Мануш — забрали на верхний этаж, раздели догола, требовали золото. Золота не было. Потом гвардеец спустился, забрали Рафика Текнеджян и его брата Сурена Текнеджян и повезли  в соседний дом. Там их заставили копать могилы для себя. Они выкопали яму до горла, позже привели туда жену, ей сказали, чтобы она принесла золото. В противном случае ее мужа и деверя закопают живьем. Она принесла два кольца. Гвардеец не согласился и сказал: «За эти кольца ты спасешь одну жизнь, нужно еще два кольца». Она принесла еще два золотых кольца и приговоренных отпустили.

Через два дня грузинские гвардейцы зашли в дом к Левону Геворкян и убили его в бане.


Свидетельство Оведян Ашота, 1929 г. р., армянина, приживавшего в с. Лабра Очамчырского района:

В ноябре 1992 г. к нам в село вошли грузинские гвардейцы. В это время мы находились в доме нашего соседа Сумбата Нешишян. Грузинские гвардейцы ворвались в дом, стали требовать деньги, золото, которых у нас не было. Гвардейцы обыскали весь дом. Затем всех нас, кто находился в доме, они забрали в грузинский штаб. Нас было восемь человек: Кешян Аршалус Арутюнович 1922 г. р., Григорян Андроник Арутюнович 1924 г. р., Кешишян Сумбат Амбарцумович, Данельян Хачик Барумович 1930 г. р., Саакян Лева Агасерович, Кесян Сурен Аветисович 1940 г. р., Абжигян Георгий Самвелович и я.

Нас всех загнали во двор какой-то технической станции. Там грузинские гвардейцы начали издеваться над Аршилус Кешян: ее обстреливали из автомата, пугали, угрожали. Затем всех мужчин загнали в сушилку, где сушили машины после покраски. Над ними издевались. Прикладом автомата ударили Сурена Кесян и Георгия Авжигян, рассекли им щеки, потекла кровь. Остальных нас всех били по очереди по почкам, ногам и по голове. После избиения нас всех привязали друг к другу и держали так несколько часов.

После того, как нас отпустили, я бежал в лес и жил там до 6 декабря. 7 декабря я пришел к своему зятю Арменаку Кыцыклян. Туда пришли грузинские гвардейцы, окружили весь дом. В доме находились: Сиран Кыцыклян, Аршалус Кешешян, Анаида Кешешян-Болонко. К нам ворвались гвардейцы, начали требовать: «Дайте нам золото, иначе всех перестреляем». Я им ответил, что золота нет. После чего они выгнали всех женщин во двор и начали бить, а меня поставили к стенке и начали обстреливать из автоматов. Один раз они выстрелили рядом с левым ухом, затем над правым ухом, после этого один из гвардейцев сильно ударил меня по затылку. Я упал и потерял сознание. Когда очнулся их уже не было.

В середине декабря я со своей семьей и еще 34 армянами бежал в Россию.


Свидетельство Квеквескир Раисы, 1941 г. р., русской, проживающей в г. Очамчыра, Сухумское шоссе, 190:

В сентябре 1992 г. в 3 часа ночи в мой дом пришли пятеро грузинских гвардейцев. Моего мужа они взяли в качестве заложника с целью обмена его на грузина-заложника. Госсоветовцы забрали также Юрия Аршба и его жену Светлану, Анатолия Ашуба и его отца. Муж просидел у гвардейцев сутки. Затем его и всех бывших с ним людей отпустили. 27 октября к моему дому подъехала машина с грузинскими гвардейцами. Испугавшись, я побежала к соседям. Оккупанты разбили окно и взломали ломом дверь. Попытались забрать машину, но не смогли ее завести. Собрав все вещи, уехали на своей машине. Через два часа они вновь пришли. На этот раз им удалось завести машину и забрать ее.

После этого грузинские гвардейцы приходили ежедневно. Они забрали все вещи, разбили и изрезали мебель.

В доме Турнанба грузинские гвардейцы избили 25-летнего Эльдара Ломиа и его родителей — 62-летнюю Нуцу Ломиа и 65-летнюю Цакву Ломиа — только за то, что они абхазы.

Зураба Турнанаба, семью Ломиа и меня повезли в штаб, где нас допрашивали. У Зураба в паспорте обнаружили фотографию сына, на обороте которой была запись: «Народный форум Абхазии „Аидгылара”». Всех нас поставили к стенке, а Турнанба увели. Один из гвардейцев, смазывая руки кремом, встал перед нами и сказал: «Смазываю руки для того, чтобы не испачкаться абхазской кровью», затем вышел. Через некоторое время он вынес на листе бумаги мочку уха. «Вот смотрите, то же будет с вами», — пригрозил он.

На следующий день Зураба Турнанба грузины вывели на берег моря. Они выбили ему глаза и тело изрезали ножом. Труп его выбросили в море.

Дочь убитого Ирма вместе с соседями сумела найти труп и привезла домой. В соседнем доме жил родной брат Зураба Рудик. За столом в его доме сидели 6 грузинских гвардейцев и пили. Узнав, что привезли труп брата, Рудик пытался выйти из-за стола, но гвардейцы заставили его сидеть до тех пор, пока трапеза не кончилась. «Вы эту свинью еще не закопали?» — говорили «гости» хозяину. Один из них похвастался: «Я лично его застрелил».


Свидетельство Саакян Андрея, армянина, проживавшего в с. Лабра Очамчырского района:

В нашем селе было около 900 домов и проживало около пяти тысяч жителей. Сегодня этого села нет. Оно полностью разрушено грузинской артиллерией. Аргументируя тем, что якобы жители села подозреваются в связях с абхазскими сепаратистами, все жители были изгнаны из их домов. Вначале всех нас ограбили: отобрали деньги, золотые украшения, всю радио- и видеоаппаратуру. Затем жители близлежащих грузинских сел, прежде всего сваны, подгоняли автомашины и увозили всю домашнюю утварь. Потом танками ломали заборы и строения, вытаскивали мандариновые деревья, другие насаждения. Жителям села нанесен огромный материальный ущерб. Кто это нам компенсирует? Сегодня мы оказались беженцами без средств к существованию.


Свидетельство Шиловой Людмилы, 1951 г. р., русской, проживающей в с. Тамыш Очамчырского района:

В феврале 1993 года грузинские гвардейцы расстреляли у себя в доме моего соседа Джони Бжания. Стреляли в голову, так как вся голова была разорвана пулями. Тело не давали похоронить, пришлось выкрасть тело и предать земле. Ко мне домой часто приходили грузинские гвардейцы, они грозили убить меня, если не скажу, где абхазские партизаны, взяли из дома ковры, мебель, а также угнали наш скот.

19 февраля гвардейцы забрали моего отчима в штаб, вечером его привезли, все лицо его было в синяках, окровавлено, в тот же вечер опять его забрали в штаб и с тех пор не знаем, где он.

Нашу соседку Аллу Иваненко семеро гвардейцев изнасиловали. Ее 70-летнюю бабушку зверски избили, и от побоев она умерла. Соседи ее похоронили. После похорон пришли гвардейцы, откопали покойницу, вырвали золотые зубы.


Свидетельство Зантариа Анны, 1928 г. р., русской, проживавшей в с. Тамыш Очамчырского района:

Страшным издевательствам подверглась семья Калико Чолария. К ним приехали гвардейцы, хозяина, прикованного к постели, заставили встать на колени перед печкой, которая топилась, хотели его засунуть в печку.

Грузинские гвардейцы также сильно избили Астамура Чанба. Супруге Астамура 75 лет, ее били, взяв за волосы, об стенку.

В том же месяце гвардейцы пришли к нам, избили мужа, меня и дочь, грозились убить. Приставив дуло автомата, запугивали нас, затем ушли. На следующий день мы бежали в Ткуарчал. Наш дом сожгли, а сад изъездили танками.


Свидетельство Мазлум-оглы Сулико, турчанки из г. Очамчыра:

К моему родственнику Буюк-оглы Туту пришли гвардейцы, оцепили дом, в котором находились его мать и сестра. Я услышала крики, выстрелы. Туту они убили во дворе, а затем затащили в дом, где убили сестру  и мать, а затем сожгли их вместе с домом. На следующий день мой старший брат собрал все кости сожженных и похоронил.


Свидетельство Хашба Нанули, абхазки из г. Очамчыра:

7 декабря 1992 г. я была очевидцем того, как к моему соседу, 60-летнему Адлейба Сократу, пришли трое гвардейцев и начали его избивать. Выбили глаз прикладом автомата, отрезали оба уха, половые органы, переломали руки. Я с соседями наблюдала за этим кошмаром. Думая, что гвардейцы ушли, мы решили похоронить труп. Вдруг во дворе появились гвардейцы и потребовали 50 тыс. за тело.


Свидетельство Тонаканян Петроса, армянина из с. Лабра Очамчырского района:

Мой сосед Текнеджян Ашот, 55 лет, лежал парализованный. Его жена ухаживала за ним. Гвардейцы задушили жену, вырвали золотые зубы, а мужа застрелили в постели. Их похоронили соседи, завернув в одеяло.

В одном километре от дома жила семья Устян, мать и 40-летний сын. Госсоветовцы застрелили их обоих, заведя в дом.

Брата нашего односельчанина Торосян Жору привязали к машине в селе Мачара и волокли его, пока не разорвали. Это было в марте 1993 года.

Житель села Лабра Тополян был убит гвардейцами только за то, что он однофамилец зампреда Верховного Совета Республики Абхазия.

То же самое происходило в г. Сухум.


Свидетельство Агумава Лии, 1944 г. р., проживавшей в г. Сухум, ул. Лакоба, д. 3, кв. 19:

29 августа мой сын Квициния Мурман Заурович 1964 г. р. попал в плен. С нами вместе в плен попали 12 военнослужащих Внутренних войск Республики Абхазия. Всех их избили, прежде чем привезти в тюрьму. Когда доставили в тюрьму, от машины до тюремных дверей устроили из 30 грузинских гвардейцев живой коридор. Каждый гвардеец бил их прикладом автомата. Затем абхазских военнопленных поставили на колени, заставляли вставать и садиться по приказу. Сын упал без сознания, его бросили в камеру, у него был разбит череп. После чего поставили пленных к стенке, ребята уже попрощались друг с другом, все были сильно избиты. Им постоянно задавали вопрос: «В какой республике живешь?». Отвечали: «В Республике Абхазия». Каждый ответ сопровождался ударом. Первым у стенки стоял житель села Эшера Б. Кварчия. Его вывели на набережную, поставили к стенке здания и спросили: «В какой республике живешь?» Он повторил: «Живу в Республике Абхазия». После ответа прозвучал выстрел.

Моего сына, схватив за волосы, били об стенку головой, лицо и лоб распухли от удара... Когда сын отвечал, что живет в Республике Абхазия, ему резал спину и плечо бритвой брат командующего Каркарашвили. На вопрос «Как фамилия?» Мурман ответил: «Квициния». Раздался возглас одного из оккупантов: «Стреляй, это будет 40-й Квициния!», но от расстрела сына спас наш сосед по дому, начальник тюрьмы Хоргуани Г. Вследствие побоев возникли сильные головные боли, пришлось лечиться в Москве.


Свидетельство Джикирба Талико, 1939 г. р., абхазки, проживавшей в г. Сухум по ул. Киараз, 17:

22 сентября 1992 г. ко мне в дом ворвались 30 вооруженных грузинских гвардейцев. Они забрали моего мужа Джикирба Ладико Очиевича и племянника Инапшба Иону Мельтоновича в штаб. Их выпустили в тот же день, поиздевавшись.

В октябре 1992 г. грузинские гвардейцы вновь пришли к нам; потребовали ключи от соседской квартиры. Квартира эта принадлежала Ратиа Сураму. Они ограбили эту квартиру.

В конце января 1993 г. они в третий раз пришли к нам, стали угрожать, выражаться нецензурно, оскорблять, загнали в угол вместе с соседками — грузинкой Парулава Инезой и гречанкой Фитопуло Лианой. При этом они стали говорить, что в Гаграх абхазы убивают грузин, а мы сидим и кофе пьем. Я потеряла сознание, а они продолжали издеваться. Затем ограбили дом и ушли.

В начале февраля 1993 г. вновь пришли несколько гвардейцев с целью выгнать меня из квартиры и вселиться самим. 11 февраля я выехала в г. Гудаута.


Свидетельство Бения Марии, 1953 г. р., абхазки, проживавшей в г. Сухум по ул. Эшерская, 36-45:

21 августа 1991 года в 11 часов утра ко мне в дом пришли двое грузинских гвардейцев. Я лежала больная в квартире. Госсоветовцы посмотрели мой паспорт, затем потребовали, чтобы я оделась и пошла с ними. Я оделась, и они повели меня в штаб, находившийся в здании 7-й школы. В комнате было 3 гвардейцев. Они стали меня оскорблять нецензурной бранью, грозились автоматом. Я потеряла сознание и упала. Когда пришла в себя меня отправили домой. Из своего дома вынуждена была переселиться к сестре, так как боялась, что меня снова захватят. 21 марта 1993 года я вернулась к себе в квартиру. Через неделю госсоветовцы снова пришли ко мне, но я успела спрятаться у соседей. Вскоре нас ограбили и выгнали из квартиры. В мою квартиру заселили работника з-да «Оргтехника».


Из свидетельств Спириной Ирины Алексеевны, 1974 г. р., работавшей в Верховном Совете Республики Абхазия, русской, проживающей в г. Сухум по ул. Акиртава 21, кв. 31:

При обыске моей квартиры бойцы Госсовета потребовали документы с работы. Это были не сельские, не простые ребята. Один из них сидел на столе и играл затвором автомата: «А армян нам надо извести. Они нас в Гаграх подвели». В первый же день 14 августа, когда грузинские танки вошли в город, грузинские гвардейцы раздавали оружие жителям улицы Ладария. Люди брали кто сколько хочет, без всякой регистрации.

В последнее воскресенье октября вошли в подъезд нашего дома и отрезали всем жителям русской национальности телефонные линии, а грузинам оставили. А через две недели отключили телефоны всему русскому населению города. Выяснилось, что это сделано по приказу коменданта города.


Свидетельство Какалиа Аллы, 1956 г. р., абхазки, проживавшей в г. Сухум по ул. Эшба, 191, кв. 15:

В конце августа около 15 автоматчиков пришли к нам в дом, кричали на нас, испугали мою 2-х летнюю дочь. Они спрашивали: почему не говорите по-грузински, почему так мало золота? Оскорбляли, унижали, взяли все, что могли взять, а что осталось — переломали. Мои родители жили в с. Араду, говорят, они в заложниках, ничего о них не знаю.


Свидетельство Цикутаниа Мимозы, 1956 г. р. абхазки, проживавшей в г. Сухум, ул. Есенина, 34:

Война застала меня дома. Я слышала, как грузинские гвардейцы стреляли, военные самолеты бомбили город. После переговоров между грузинской и абхазской сторонами, абхазские ополченцы отошли к Гумистинскому мосту. На третий день вечером был слышен шум движущейся тяжелой грузинской техники. Двигались в сторону Республиканской больницы. На больших перекрестках города выставили по 2-3 танка и группы военных людей. Население города стало торопиться на причал, где работники Красного Креста отправляли желающих выехать из города российскими катерами и сейнерами. Но и эти суда обстреливали и бомбили грузинские гвардейцы. Когда танки двигались по Бзыбскому шоссе, солдаты, сидящие на танках обстреливали из автоматов жилые кварталы. Люди, испугавшись, прятались в домах.

Они оккупировали весь город. Помещения Абхазской телерадиокомпании, где я работала, оккупанты использовали для вещания на грузинской языке, обмана оставшегося местного населения. На седьмой день войны утром я и соседка решились пойти в сторону города Очамчыра. В автобус мы сесть не рискнули, т. к. там проверяли паспорта. Мы пошли в села Члоу и Атара Абхазская за своими сыновьями.

Рано утром, после окончания комендантского часа, мы отправились. В городе на крышах домов виднелись грузинские снайперы, по улицам мародеры шли с мешками ворованных вещей, на Пр. Мира все магазины были разграблены, кое-где сожжены, как например, магазин «Белая Роза».

Я встретила своих соседей, которые мне сообщили, что мой дом ограблен и сожжен. В доме хранились мои записи для радио, видеокассеты, рукописи, над которыми я работала 13 лет. Из рассказа моих соседей я узнала также, что убит мой сосед Слава Шамба, который пытался не пускать мародеров в свой дом.


Свидетельство Тарба Зинаиды, 1929 г. р., абхазки, проживавшей в г. Сухум по ул. Орджоникидзе, 94-29:

Моя  квартира находится на пятом этаже. 18 августа к моему соседу Агрба Сергею Давидовичу, проживавшему на четвертом этаже, пришли грузинские гвардейцы. Я зашла в квартиру Агрба. Один из грузинских гвардейцев схватил меня за плечо и начал трясти: «Что вы здесь делаете?» Его с трудом остановили соседи.

В своей квартире я жила вместе с племянником Аджи-оглы Рашидом 8-ми лет. В сентябре пришли ко мне в квартиру три госсоветовца. Они начали грабить квартиру, стали упаковывать наши вещи, чтобы забрать. Я просила их оставить детские вещи. В ответ один из гвардейцев ударил меня прикладом автомата по лицу. Я упала, потеряла сознание, три зуба было выбито, шла кровь. Мой племянник испугался, начал кричать, трястись. Грузинские гвардейцы забрали все вещи и ушли.

Я была очевидицей того, как в марте нашу соседку Аню Плевако убили. Ее забрали на дачу, где находился ее супруг Владимир Плевако, полковник в отставке. Госсоветовцы заставили Аню позвать мужа по имени, чтобы он вышел из дома. В этот момент ей выстрелили в спину, она упала и тут же скончалась. Пуля ранила также ее мужа, он тоже упал. Грузинские гвардейцы, решив, что они убили обоих, ушли.


Свидетельство Анкваб Алексея, 1927 г. р., абхаза, проживавшего в г. Сухум по ул. Гастелло, 21:

15 сентября 1992 г., когда я стоял в очереди за хлебом по ул. Кирова, ко мне подошел Абесалом Джоджуа. Доказывал, что Абхазия — это район Грузии. «Абхазы — пришельцы, никакой государственности и быть не может». Учреждения абхазские, в частности, Правительство, совершенно не соответствует количеству абхазцев. Почему ты не подписал обращение к абхазам о прекращении войны? Политика Ардзинба преступная», — говоря это, он водил кулаком перед моим носом, угрожая избить.

Подобный случай произошел со мной и моим соседом Мерабом Эсебуа, который угрожал мне и доказывал то же самое. С ним случилось непредвиденное. На следующий день гвардейцы забрали и его машину. Машину ему вернули, но его избили до того, что выбили все зубы верхней челюсти, сняли золотые коронки и золотое кольцо.

Со слов пострадавших Валико Тужба, его жены Шуры, сына Темура знаю, что 8 февраля 1993 г. к ним в дом (ул. Ниношвили, 3) пришли гвардейцы. Потребовали автомашину «Волга», деньги. Забрали все вещи. Угнать машину не смогли, т. к. она была разобрана. Дали срок: до трех часов собрать и приготовить машину для угона. После их ухода пришли другие мародеры. К моменту окончания сбора машины, они угнали ее.

Вскоре пришла первая группа гвардейцев. Владельцу машины они не поверили, решив, что он спрятал ее, дали срок до следующего дня. «Если машина не будет, сожжем твой дом». Сына забрали на кладбище, грозили, что убьют и похоронят там. Через два часа вернулись с кладбища, привезли сына избитого и окровавленного до такой степени, что он едва стоял на ногах. Стали избивать и хозяина дома. Требовали золото.


Свидетельство Чкониа Сократа, 1935 г. р. абхаза, проживавшего в г. Сухум по ул. Матарадзе, 46:

3 ноября 1992 г. наш дом окружили 30 грузинских гвардейцев, дома были я и мой брат. Раздался крик в окно: «Руки вверх!» Я пытался убежать, выбежал в сад, но там тоже были гвардейцы, которые окружили меня, начали избивать, разбили голову. Госсоветовцы стреляли в дом, сорвали окна, двери.

Меня и моего брата посадили в машину и повезли. В дороге вывели из машины и вновь избили. Я упал, но брат кричал мне: «Вставай, убьют!» Я с трудом встал. Два ребра переломаны, все тело покрыто синяками, кровь сочилась из разбитой головы, шапка моя наполнилась кровью.

Гвардейцы отвезли нас на станцию скорой помощи, предупредив, чтобы я там сказал, что рана образовалась в результате падения. После того, как наложили швы, повели в помещение Очамчырской районной милиции. Выжил благодаря милиционеру Бобуа, абхазу по национальности, который через день, когда дежурил, приносил еду. В милиции я просидел 18 дней.

В день ареста у меня было 30 тыс. рублей, 5 золотых колец — все это отобрали.

Впоследствии я был обменен.


Свидетельство Инапшба Вадика, 1949 г. р., абхаза, проживавшего в г. Сухум по ул. Эшба, 173-58:

28 февраля 1993 г. в 8 часов вечера к нам в квартиру пришли 4 грузинских гвардейца. Они потребовали документы. Я ответил им по-грузински: «Темно. Света нет. Документы найти не могу». Один из агрессивно настроенных гвардейцев сказал: «Если ты абхаз, то мы тебя убьем». Соседи, услышав шум, пришли к нам на помощь, госсоветовцы ушли.

20 марта в 11 часов утра 12 человек в военной форме ворвались к нам в квартиру, потребовали документы и ключи от автомашины родственника. Произведя обыск и не найдя их, они взяли с собой вещи и паспорт. Соседи, услышав шум, пришли к нам на помощь.

В тот же день в 15.00 часов из полиции пришли 4 полицейских. Проверили документы и сказали, чтобы мы без предъявления документов в дом никого не пускали. Через 10 дней вся эта история повторилась, опять выручили соседи.

30 марта в 14.00 часов пришли 5 грузинских гвардейцев. Потребовали документы. Паспорта у меня не было, т. к. его ранее взяли госсоветовцы. Тогда они произвели обыск и нашли пропуск, подписанный начальником комендатуры г. Сухум и ключ. Потребовали объяснений. Затем начали быть по лицу. Рассекли щеку, из раны полилась кровь. Били в глаза. Ворвавшись в комнату, жена начала кричать. Ей угрожали расправой, один из гвардейцев направил на нее автомат. Затем гвардейцы ушли. Перед уходом они сказали жене: «Через 40 мин. мы вернемся, если не скажите, где вы взяли пропуск, подписанный начальником комендатуры, — своего мужа ты больше не увидишь».

Поскольку мы очень боялись, за медицинской помощью не обратились.

17 апреля 1993 года по обмену мы выехали из Сухума в г. Гудаута.


Свидетельство Пачалиа Тимура, 1945 г. р., абхаза, проживавшего в г. Сухум по ул. Орджоникидзе, 102-45:

5 октября 1992 г. в мой дом пришли 3 грузинских гвардейца. Они стали избивать меня прикладом автомата, в результате чего у меня из носа и ушей пошла кровь. Издевались надо мной долго. Затем ограбили дом и ушли.


Свидетельство Бигвава Александры, абхазки, 1931 г. р., проживавшей в г. Сухум по ул. Заречной, 1 туп., д. 2:

Когда пришли грузинские гвардейцы дома был мой муж Бигвава Виктор 1926 г. р. «Твой сын воюет, дайте деньги, иначе убьем!» — кричали они. Когда поняли, что денег нет, начали бить мужа, стрелять в воздух, оторвали ему ухо. После побоев он долго ходил согнувшись. Пришли гвардейцы и во второй раз. Опять били мужа, отрезали телефон, затем увезли мужа с собой. По дороге они взяли еще одного абхаза, фамилии которого я не знаю. Поставили его к стенке и расстреляли. Мужу удалось скрыться. Нам удалось выехать. Муж до сих пор лечится.


Свидетельство Тидо Нины, 1918 г. р., эстонки, проживавшей в г. Сухум по ул. Акиртава, 21 , кв. 31:

17 ноября 1992 г. раздался стук в дверь прикладами автоматов. Стучали и кричали: «Откройте, военная полиция! Считаем до трех, на счет «три» стреляем!» Зашли двое в форме: «Кто у вас сочувствует абхазам? Говорят, что вы в хороших отношениях с абхазами?!» Вопросы сопровождались матом. Обыскали квартиру, разбили прикладом витрину с посудой, из шкафов все выбросили. Один из военных стал выяснять где живет Аня — армянка, а также плохие люди. Написал акт, что оружие не найдено. Составили его на грузинском языке и заставили нас расписаться под актом. Мы стали возражать: «Может, мы подписываемся под смертельным приговором?». «Что?! Чтобы расстрелять, я буду бумагу портить?!» — ответил один из гвардейцев. Потом они вышли и стали бить в дверь нашей соседки Ани.


Свидетельство Чантуриа Светланы, 1951 г. р., абхазки, проживавшей в г. Сухум по ул. Агрба, 15, кв. 61:

В середине октября 1992 г. четверо грузинских гвардейцев обыскали нашу квартиру, причем никакого ордера на обыск не предъявили. Госсоветовцы забрали в штаб моего мужа Рудика Чантуриа, 1949 г. р., оттуда они повезли его в горотдел, где он был жестоко избит. Били прикладом по голове, по губам. Затем его отпустили.

После этого гвардейцы еще два раза приезжали с обыском. 2 ноября семья вынуждена была выехать из Сухума. Насколько мне известно, муж был дома до 12 ноября 1993 г. В тот день в 18.00 час. грузинские гвардейцы забрали его из дома. По слухам, мой муж сидит в Драндской тюрьме.


Свидетельство Гицба Раи:

В оккупированном Сухуме долгое время не было электричества, водоканал по этой причине не функционировал. Запастись питьевой водой стало проблемой. Мы стали брать воду из колодца по ул. Орджоникидзе. Заметив это, грузинские гвардейцы налили туда керосин...


Свидетельство Кварчиа Тины, 1957 г. р., абхазки, проживавшей в г. Сухум по ул. Гумистинская, 45:

В начале войны я поселилась у соседки Дареджан Пачулиа. 24 августа в дом соседки Квициниа вошли 4 гвардейца. Они все перевернули. Затем пришли к нам. Всех нас — меня, Дареджан, четверых детей и их мать поставили к стенке. Потребовали сведения о мужьях. Разбросав все в доме, забрали деньги, вещи, золотые украшения и ушли.


Свидетельство Адлейба Корсантия, 1962 г. р., абхаза, проживавшего в г. Сухум по ул. Аргун, 16, кв. 301:

Со слов Амры Шакая знаю, что 28 августа 1992 г. к дому, в котором я проживаю по ул. Эшба, подъехал автобус с десятью гвардейцами, у дома стояли соседи. Всех их заставили сесть на корточки. Двое из гвардейцев повели Амру Шакая на восьмой этаж, где находился ее муж Гиви Шакая. Затем их обоих и всех соседей посадили в автобус и повезли к с. Н. Эшера, где на мосту их ждали грузинские телерадиожурналисты. Перед телекамерами принуждали давать ложные показания о том, что сухумчан грузинские гвардейцы не притесняют. Кто отказывался выступать перед телекамерой, был жестоко избит.


Свидетельство Кетиа Георгия, 1936 г. р., абхаза, проживавшего в г. Сухум по ул. Эшба, 175-55:

18 сентября 1992 г , примерно в 23 часа к нам постучали пятеро грузинских гвардейцев, они стали требовать оружие, искали в доме абхазских гвардейцев. Но в доме никого не было кроме меня и моей жены Розы. Они забрали все, что им понравилось. Один из гвардейцев взял кухонный нож и нанес мне ножевые раны в шею, слева и справа, а затем стал избивать. Я потерял сознание. Прийдя в себя, я услышал крик моей жены. Она кричала, чтоб убили, только не насиловали. Я вступился за нее, они меня опять ударили, и я вновь потерял сознание. Когда я пришел в себя, их уже не было, стал искать жену, но ее не было. Я испугался, что ее забрали с собой. Потом пришел сосед Леван Квачахиа и сообщил мне, что моя жена в больнице, и врачи отвечают, что она будет жить. Утром приехали работники прокуратуры и милиции. Я узнал, что моя жена, не вынеся издевательств, выбросилась из окна. С помощью родственников мегрельской национальности мне удалось вместе с останками жены выехать в г. Гудаута.


Свидетельство Карчаа Паолы, 1945 г. р., русской, проживавшей в г. Сухум по Тбилисскому шоссе, 665, кв. 31:

14 августа 1992 г. в 14.00 час. мужа Карчаа Ивана грузинские гвардейцы забрали в заложники с целью обмена его на сына депутата ВС Республики Абхазия Рената Карчаа. Взяли его по доносу Александра Берулава. Мужу было предложено выступить по телевидению с осуждением позиции абхазской фракции Парламента. От предложения отказался, тогда его перевели вместе с другими заложниками в Драндскую тюрьму. Я ничего не знала о судьбе мужа и сына. Соседи сказали мне, что видели у Красного Моста нашу машину разбитой. Решив, что мужа убили, я стала искать сына. По дороге меня остановили гвардейцы, потребовав документы. У меня их не было, меня стали бить в живот и по почкам. Женщины начали кричать и оттащили меня.

В город вошли танки. Наш сосед Патарая составил списки семей — абхазов, которые подлежат уничтожению. В доме оставаться было опасно. Я узнала, что мой муж и сын живы. Сын находился в Гудауте, узнав, что отец в плену, стал добиваться его освобождения. Договорились, что его обменяют на Александра Берулава, который к тому времени попал в плен к абхазам. Берулава был передан грузинской стороне, а мой муж так и остался в тюрьме. Тогда я пошла в КГБ, стала кричать, что подожгу себя, что об этом узнают в Москве и не только. Через час мужа освободили. Через две недели нам удалось выехать на барже из Сухума в г. Сочи.


Свидетельство Тополян Анаиды, 1959 г. р., армянки, проживавшей в г. Сухум, 2-ой Маяковский пер., д. 11:

В ноябре 1992 г. к нам пришли пять грузинских гвардейцев. Они потребовали от моего супруга пятьсот тысяч рублей, золото, оружие. Денег не было. Они начали избивать моего супруга Валерия Тополян. Били его по лицу, рукам, почкам, затем бросили его на диван, взяли револьвер и сказали: «В барабане одна пуля, и если тебе повезет, то ты останешься жив». Так они издевались долго, затем сосед позвонил в полицию, через полчаса приехала грузинская полиция, но когда они узнали, что мы — Тополян (зам. председателя Верховного Совета Республики Абхазия тоже Тополян), то сами стали нас бить. Один из полицейских взял нож и хотел убить моего мужа, затем забрали его в штаб, вместе с ним забрали все наши вещи, вплоть до продуктов питания. Супруга посадили в изолятор, там он провел сутки без пищи и воды, затем с большим трудом его освободили. Через два дня грузинские гвардейцы пришли вновь. Их было 15 человек, остальные 30 человек оцепили весь район. Они кричали: «Где Тополян? Мы пристрелим его как собаку». Гвардейцы зашли к соседям Рае Аветисян и Зайтар Гамбарян, требовали показать, где находится мой муж. Они ответили, что не знают, где он находится. После этого гвардейцы облили бензином их гараж и дом, а затем подожгли.


Свидетельство Кецба-Давыдовой Беллы, армянки, проживавшей в г. Сухум по пр. Мира 124, кв. 67:

13 сентября 1992 г., примерно в 14.00 часов дня я, мой деверь И. И. Кецба и Э. Еремян были свидетелями безобразной сцены у Абхазского театра им. С. Чанба. К зданию театра подъехали танки грузинских гвардейцев, видимо, очень пьяных, и начали обстрел фасада театра, стремясь прострелить бюсты театральных деятелей. Затем группа гвардейцев ворвалась в помещение театра. Из костюмерной они вытащили бурки, надели их на себя и устроили танцы под пьяные песни и аккомпанемент автоматных очередей. Проходившая мимо сухумчанка не выдержала и крикнула им: «Что вы делаете? Прекратите!» В ответ посыпались угрозы и обещания ее убить, если она не уберется.

Эта пьяная оргия продолжалась около часа. После чего гвардейцы сели в танки и шумно разъехались.

В здание театра мы не заходили и не видели, что они там натворили.


Свидетельство Клоковой Зинаиды, 1936 г. р., проживавшей в г. Сухум по ул. Чачхалия, 12:

Находясь в оккупированном Сухуме 7 месяцев, мы не могли купить те продукты, в которых нуждались, хотя в продаже они были. Не могли купить потому, что мы русские. Не обращали никакого внимания на человека, если он негрузинской национальности. Денег никаких не давали. «Всех русских потопим в армянской крови. Все равно вам житья не дадим!» — говорили нам госсоветовцы.

Как-то стояли мы в очереди, состоящей, в основном, из ветеранов ВОВ и инвалидов, за хлебом. Вышел с завода грузинский гвардеец и говорит: «Пусть вас кормит Ельцин!»

Возле молочного магазина на моих глазах грузинский гвардеец застрелил в упор женщину только за то, что она за свой товар потребовала заплатить. Женщина, которую застрелили, была грузинка — с гвардейцем она говорила на грузинском языке.

В аптеке № 4 работала моя знакомая Лариса, по национальности русская, фамилии не помню. К ней в дом зашли 12 гвардейцев, убили ее мужа. Над ней и ее дочерью, ученицей 11 класса, издевались всю ночь, насиловали их.

Наша соседка Лида Демерчан, русская, готовясь к отъезду, упаковала вещи. В это время к ней пришли шестеро гвардейцев, потребовали золото, деньги. Мужа — армянина — держали, она решилась бежать. Выстрелом в голову гвардейцы убили ее.

На берегу моря, в районе Маяка, около бетонного завода грузинские гвардейцы замучили женщину. Они разожгли костер и раскаленным прутом выжигали ей груди, затем ее расстреляли, положили труп в лодку и выпустили в море.

Грузинские гвардейцы говорили: «Хотите жить в Грузии — должны принять грузинское гражданство, говорить на грузинском языке». В Сухуме очень тяжело людям русской национальности. Пенсию выдавали грузинам, русские же ее не получали, им на почте не давали денег. Много пенсионеров умерло за время войны. Появились кладбища почти у каждого дома. Русским очень тяжело выехать из Сухума, т. к. нет денег.

Грузинские гвардейцы сожгли все, что можно было сжечь: архив, институты, памятники культуры. Город парализован.


Свидетельство Лившиц Надежды, русской, проживавшей в г. Сухум:

22 января 1993 г. я выезжала на пограничном российском корабле № 040, который вывозил семьи пограничников и русскоязычных жителей города. Среди нас был житель г. Сухум Минна Абрамов, еврей, 60-ти лет. Он, как и я, заплатил 6 тыс. рублей грузинским гвардейцам, блокировавшим доступ к причалу, чтобы пройти на катер. До отхода корабля оставалось полчаса, и тут появились 6 грузинских полицейских, они спустились в каюту и подошли к Минне, заявили, что он арестован и что он должен сойти с корабля. Минна отказался выйти, тогда его начали избивать прикладами.  От ударов прикладом по голове Абрамов упал, потерял сознание, у него изо рта пошла пена с кровью. Гвардейцы стали его обыскивать, сняли с тела какой-то пояс, и, бросив труп, удалились. Мы стали требовать врача, но снова вернулись гвардейцы, утащили тело. Это все произошло на глазах у десятка людей.


Свидетельство Сарьян Андрея, армянина, проживавшего в г. Сухум, ул. Назадзе, 2:

22 марта 1993 г. к моему соседу, известному кофевару Георгию Мартикяну, приехали грузинские полицейские и забрали его в комендатуру. После этого он исчез. Обеспокоенная семья пыталась найти его, все безрезультатно. И лишь благодаря его родному брату, епископу армянской церкви на Балканах, который обратился к Шеварднадзе, тело расстрелянного Георгия было возвращено семье. На теле были видны следы жестоких пыток, было отрезано ухо, раздроблены кости обоих ног, на теле было множество колотых ран.


Свидетельство Тумановой Надежды, 1951 г. р., проживавшей в г. Сухум, ул. К. Маркса, 1:

В конце октября, днем в 16.45, к нам  домой подъехал автобус, откуда вышли 20 грузинских гвардейцев, зашли в дом. С нами в доме жили моя родственница Дуся Хашиг и ее сын Дима Хашиг. Гвардейцы сразу скрутили руки Диме и забрали в комендатуру. Я и тетя Дуся пошли на следующий день в комендатуру. Там ко мне подошел гвардеец и стал говорить, что если я пойду с ним и сделаю все, что он мне скажет, то он отпустит Диму на свободу. Я отказалась, но меня силой втолкнули в машину и повезли на окраину города, где изнасиловали и привезли домой. Он поехал в комендатуру и устроил пытки над Димой. С трудом мы вытащили его оттуда и отправили в Россию, где он лечился 4 месяца, сейчас хромает.

Перед Новым годом в 11 час. утра здание по ул. Тархнишвили было оцеплено грузинскими гвардейцами. Солдаты не пускали туда местных жителей — мегрелов, они с любопытством туда смотрели. Из дома слышались крики солдат. Мне сказали, что поймали родственниц абхазов и их насилуют. Мне стало плохо, и я потеряла сознание.


Свидетельство Нерсесян Нерсеса, 1946 г. р., армянина, проживавшего в г. Сухум, ул. Казбеги, 78:

25 августа 1993 года я находился в своем доме один. Около 6 часов вечера ко мне зашел мой шурин Георгий Акаба. Через несколько минут после этого к дому подъехали гвардейцы Госсовета Грузии. Их было 8 человек. Один из них представился начальником службы безопасности. Он потребовал, чтобы я сказал ему, где прячутся чеченцы. Когда я заявил, что в моем доме никогда не было и сейчас нет ни одного чеченца, он грубо потребовал, чтобы ему дали возможность обыскать дом. Зайдя в гостиную, гвардейцы начали брать все, что представляло какую-то ценность: телевизор, хрустальную вазу, потребовали отдать все деньги. Потребовали отдать им дорожные сумки и сложить туда мои новые вещи: белье, сорочки, даже бритвенные принадлежности, затем приказали предъявить документы. Открыв паспорта — мой и Г. Акаба — они очень обрадовались: «Как хорошо: абхаз и армянин! Вас надо срочно арестовать». Вывели нас, стреляли под ноги, в воздух, затем посадили в машину. Гвардейцы привезли нас в Дом творчества композиторов по Тбилисскому шоссе, 55, где у них было что-то вроде штаба. Стали допрашивать, ударили меня кулаком в лицо, Г. Акаба прикладом автомата по голове.

Один из людей в форме заявил: «Слишком разбаловали мы этих абхазов с 1953 г. (год смерти Сталина). Их надо всех уничтожить». В отношении армян гвардейцы тоже высказывались весьма резко, возмущались, якобы армяне предали грузин и сочувствуют, поддерживают абхазов.

После допроса и избиения нас бросили в камеру — номер зарешеченный пансионата. Заявили, если мы не заплатим 6 млн руб., нас расстреляют: «Здесь у нас специальный ров, куда сбрасывают трупы». Мы просидели всю ночь, утром опять допрашивали, избивали, требовали денег. Я сказал, что все деньги уже отдал, а 6 млн мне не собрать никогда. Поверив, они отпустили нас. Только я вернулся домой, подъехал новый грузовик с гвардейцами, это были другие люди. Им я сказал, что уже прошел через «фильтр». Стали ругаться, грозиться, узнавали у соседей, не выступал ли я против грузин. Соседи сказали, что я не интересовался политикой и был в хороших отношениях с ними. Тогда они опять обшарили все шкафы, забрали все, что понравилось и ушли. Так как они забрали у меня все документы и деньги, выбраться было очень трудно, в конце концов я уехал.

Невозможно перечислить все то, что происходило во всех районах Абхазии.

Назову только некоторые фамилии лиц, казненных в г. Гагра.

Там без суда и следствия были казнены: Амичба Г. И., Ахиба З. К., Пасания А. Д., Чамагуа В. И., Аракелян Р. Ф., Кешебян А. З., Саакян С. Б. и многие другие.

Факты изнасилования

Одно из самых тяжких нарушений прав женщин — изнасилование.

Свидетельство Ардзинба Жанны, абхазки, из села Тамыш Очамчырского района:

Восемнадцатилетнюю Аллу Иваненко затащили в дом на окраине села около 20 гвардейцев и изнасиловали. Три дня Алла находилась в их руках. Девушка сошла с ума. С матерью Аллы — Тамарой Иваненко гвардейцы поступили также.

В селе Тамыш на глазах у бабушки и дедушки гвардейцы изнасиловали их двенадцатилетнюю внучку Чантурия Ирину.


Свидетельство Гвинджия Марины, абхазки, из села Киндги Очамчырского района:

Мою сестру били, а когда она падала, ее обстреливали. В результате ударов у нее образовалась большая рана на голове, затем сестра была изнасилована на глазах у нашего отца.


Свидетельство Тонаканян Петроса, армянина из села Лабра Очамчырского района:

Мои соседки, чьи мужья вынуждены были скрываться, ночевать собирались у Полозян. Однажды ночью туда ворвались грузинские гвардейцы. Они заставили всех женщин раздеться до гола и лечь лицом вниз, выбирали по одной и насиловали их группой.


Свидетельство Клоковой Зинаиды, русской из г. Сухум:

К моей знакомой Ларисе, по национальности русской, фамилии не помню, зашли 12 грузинских гвардейцев, убили ее мужа. Мать и дочь — ученицу 11 класса — изнасиловали, издевались над ними всю ночь.


Свидетельство Зантария Джота, абхаз из села Тамыш Очамчырского района:

Чкадуа Лили Павловна, 60-ти лет, учительница математики, по национальности мегрелка, была изнасилована и убита гвардейцами.

Турава, 1957 г. р., секретарь Тамышского сельского совета, была изнасилована и убита грузинскими гвардейцами.


Свидетельство Эмир-оглы Светланы, турчанки из Гулрыпша:

Я видела, как изнасиловали 25-летнюю женщину, белоруску, и ее пятилетнюю дочь.

Я видела также, как захоронили трех пятилетних девочек: армянку, русскую и украинку. Они подверглись групповому изнасилованию. Могу показать место их захоронения... Я была очевидцей того, как 3-летнюю дочь украинки Грязновой Ирины Кристину изнасиловали 9 грузинских гвардейцев. Ребенок умер. Затем была изнасилована и мать девочки Ирина. Она попала в больницу, где лечилась 2 месяца.


Свидетельство Багателиа Нурбея, абхаза из г. Сухум:

20 августа 1992 г. под окнами нашего дома, в 23 часа ночи на двух машинах гвардейцы въехали во двор и стали насиловать женщину. Несмотря на крик, мольбы о помощи, женщине жильцы дома не помогли, потому что гвардейцы обстреливали дом со всех сторон.


Свидетельство Зантария Анны, русской из села Тамыш Очамчырского района:

У нас в селе работала на почте Турава Ж., 45-46 лет, госсоветовцы у нее выдернули плоскогубцами зубы, думали, что золотые. У нее в гостях находились две племянницы. Грузины всех троих женщин изнасиловали, а потом убили: сначала ножом ударили, затем выстрелили по ним из автомата. Все три трупа бросили на одну кровать и ушли.


Свидетельство Бобуа Ларисы, абхазки из г. Очамчыра:

Рядом с остановкой автобуса жила в городе семья турецкой национальности по фамилии Соломко. Зоя работала в ювелирном магазине, ее сыну было 17 лет. В ноябре 1992 года к ним домой пришли 15 грузинских гвардейцев. Привязав мужа и сына, все 15 госсоветовцев изнасиловали ее по очереди. Пока ее насиловал один, другие выносили вещи и мебель. Уходя, они убили их, сложили трупы в одно место, и, облив бензином, сожгли. Соседи собрали их пепел в ящик, похоронили у дома. Я тоже присутствовала на похоронах.


Свидетельство Саларцонян Лилии, армянки из пос. Гулрыпш:

Грузинские гвардейцы ворвались ко мне в дом с автоматами, издевались надо мной, избивали прикладами автоматов, стреляли по ногам, после этого надругались. В рот засунули дуло автомата, выбили зубы, я просила их, умоляла расстрелять меня.

Использование мирных жителей в военных целях

Имеются факты, подтверждающие, что грузинские формирования использовали мирных жителей в военных целях.

Свидетельство Допуа Владимира, абхаза из с. Аджюбжа Очамчырского района:

6 октября 1992 г. местные мародеры-грузины с госсоветовцами вошли в село. Всех, кого нашли в домах, — детей, женщин, стариков, — забрали. Среди них: Допуа Амиран, его жена Невенчанная Татьяна, их дети: Допуа Фатима 18 лет, Саида 16 лет, Луиза 10 лет, Гарри 13 лет, Щукри 15 лет, Аркадий 4 лет.

Грузинские гвардейцы, защищая себя от обстрелов партизан, взрослых выставили перед танком, детей поставили на танк и повели всех в сторону Дранды. Допуа Джульетту привязав веревками к танку и поволокли по улице.


Свидетельство Гиндия-Дарсалия Мзии, абхазки из с. Пакуаш Очамчырского района:

11 октября в село на танках вошли грузинские гвардейцы. Гвинджия-Делба Любу задержали. Она увидела полную женщину перед танками, на первом танке сидели дети. Ее тоже заставили встать в колонну женщин. Только когда выехали из села, госсоветовцы отпустили женщин и детей.

Ограбления и сожжения домов

Грузинские формирования с разрешения командования «самообеспечивались» добытыми разбоями и убийствами «трофеями» — имуществом граждан, прежде всего абхазской национальности, а также русских, армян, греков — всех негрузин.

Свидетельствует Саакян Нателла, армянка из с. Лабра:

В начале октября 1992 года в дом пришли грузинские гвардейцы. Их было 8 человек. Во дворе они увидели нашу машину, заставили принести ключи от нее. «Если не принесешь ключи, мы сожжем твой дом». Гвардейцы обстреляли весь дом, вещи, которые я спрятала в сарае, сожгли вместе с сараем. В ноябре ко мне вновь пришли грузинские гвардейцы. Они забрали моего супруга вместе с другими соседями в штаб, там его били. Ему рассекли голову, поломали несколько ребер. Также были избиты и соседи. От моего мужа и соседей требовали золото и деньги. Мы были вынуждены уйти из дома и прятаться в доме зятя Геворкян Эдика. Через неделю после нашего отъезда грузинские гвардейцы сожгли наш дом, а еще через три дня — дом нашего зятя.


Свидетельство Лакербая Игоря, абхаза из г. Сухум:

Грузинские гвардейцы с первого дня войны стали свирепствовать, сжигали, грабили как магазины, так и частные дома, сначала абхазские, а затем и представителей других национальностей.

Они сожгли дом Буюк-оглы Р., Консузян В., Адлейба М., Тарба Р., ограбили Агрба Диму, Бутба Валерия, Агрба Чири, Агрба Аполлона, Паркая Бочу, Квеквескири Юрия, Жиба Бориса, Какалиа Ивана, Тванба Шалву, Квадзба Ростамбея и многих других.

Около тысячи домов разрушили боевой техникой в абхазских селах Меркула, Баслаху, Цхенцкар, Тамыш, Киндыг, Адзюбжа, Атара Абхазская, Арасадзых, Гуп, армянские села: Лабра, Аракич, Атара Армянская. Сожгли и разрушили также сельские клубы в Старых Киндгах, Атаре Абхазской, школы в селах Аджампазра, Арасадзых, Гуп.


Свидетельство Адлейба Лианы, абхазки из г. Сухум:

21 августа 1992 года госсоветовцы обыскали дом моего брата Адлейба Вячеслава, проживавшего по Красноармейской улице. Обыск был под предлогом поиска оружия. В тот же день оккупанты прихватили с собой понравившиеся вещи.

22 августа в 12.00 ночи около 30 грузинских гвардейцев окружили дом. Вошли в него и посадили под дулами автоматов меня и соседку Ванача М. Моего брата Вячеслава повели на второй этаж дома. Между собой госсоветовцы говорили, что его (Вячеслава) надо обработать... Мы слышали, как его били прикладами автоматов. Били его по ногам, лицу, голове, поломали ему левую ногу. Поняв, что его могут убить, я стала просить пощады для брата. Тогда они потребовали золото и деньги. А до этого они сорвали с меня все золотые украшения, которые были на мне.

Госсоветовцы ушли, взяв из дома все, что им понравилось. Через полчаса они вернулись обратно, но нас уже не было дома. Гвардейцы застрелили собаку, через окно вошли в дом и разграбили.


Свидетельство Воуба Ларисы, абхазки из г. Очамчыра:

В конце августа 1992 года к нам в дом пришли 16 грузинских гвардейцев, среди них был один человек в маске. Гвардейцы быстро обыскали всю комнату под предлогом поиска оружия.

Дома находились я, мой муж Воуба Сергей и его брат Борис. Сергея посадили на стул, обстреляли место, где он сидел. Грузинские гвардейцы требовали золото и деньги. Мужа и деверя жестоко избили. Их били прикладами автоматов, все лицо мужа было разбито. Перед уходом один из госсоветовцев сказал другому: «Убьем этих двоих», имея в виду Сергея и Бориса. Другой ему ответил: «Успеем убить, куда денутся». После их ухода в доме осталась только мебель. Вещи и посуду, вплоть до ложек гвардейцы забрали с собой.


Свидетельство Хеция Шушаны, абхазки из с. Меркула Очамчирского района:

20 августа 1992 года в село вошли грузинские гвардейцы. Они пришли в наш дом. У ворот дома стояли 15 вооруженных человек. В руках гвардейцев был список зажиточных жителей села. Забрав моего мужа с собой, они пошли к братьям Канджи-оглы. По дороге им встретился на мотоцикле Нармания (имени его не знаю) из села Джал. Госсоветовцы отобрали мотоцикл, а его сильно избили — выбили зубы, поломали три ребра. Бросили его на улице и уехали.

В это время в село въехали автобус, легковая и одна грузовая машины. Местное население, испугавшись, скрылось, а грузинские гвардейцы разграбили все дома жителей абхазской национальности. Из дома Каджи-оглы Р. гвардейцы вывезли три машины добра. Когда вынесли все, сожгли дом, облив его бензином. А наши дома сгорели позже от обстрелов установками «Град». Сейчас в Верхней Меркуле нет жизни, дома сожжены, люди выехали.


Свидетельство Агрба Ляли, абхазки из г. Гагра:

Второй раз к нам домой грузинские гвардейцы пришли в начале сентября под предлогом поиска оружия. Всех нас — 7 человек — поставили к стенке и сказали, что нас нужно расстрелять только за то, что мы абхазы. Среди нас был 17-ти летний мальчик, который ранее перенес тяжелую операцию на сердце. В этот день гвардейцы ушли, забрав вещи. В третий приход госсоветовцы завели нас в комнату, запугивали, приставив к лицу дула автоматов, угрожали. На этот раз забрали часть оставшихся вещей. Всего гвардейцы приходили к нам 8 раз, всякий раз угрожали и забирали вещи.


Свидетельство Гургулия Мананы, абхазки из г. Сухум:

К соседнему дому подъехали два танка, гвардейцы на руки танкистам бросали с третьего этажа сумки с вещами, на веревке спустили посуду и т. п. Я сообщила в комендатуру. По-грузински я говорю хорошо. Потому на другом конце провода меня приняли за свою. Обещали прислать отряд, но прошло 15-30 минут никто не приехал, я позвонила вновь, дежурный спрашивает: «Ты грузинка?». «Да», — ответила я. «Тогда что тебя волнует абхазское добро, пусть берут ребята».


Свидетельство Гергия Юрия, абхаза из г. Сухум:

В начале войны госсоветовцы ограбили табачную станцию, лабораторный корпус. Ограбили также квартиры жильцов д. № 78 — Барциц Анатолия, Еник Пилы. Сильно избили Чкок Качубея, Хагба Эдуарда, Шамба Паату, Лейба Мкана и забрали их машины. Ограбили Бигвава Геннадия. Разграбили дома абхазов, проживающих около школы-интерната, — Джопуа Хрыпса, Камлия Ролана, Габлия Нури, Цобехия, Хагба Бубы, Лаквитава Шуры, Адзинба Димы, Амичба Людмилы, Гетлия Шалвы. Вместе с ценными вещами забрали и продукты питания.

Грузинские полицейские поздно ночью забрали из дома Дамения Сергея. Как только увезли Сергея, через 30 минут к дому подъехал грузовик, на котором были вывезены вещи. В марте 1993 года сваны убили Дамения Сергея, нанося ножевые ранения. Труп лежал несколько дней во дворе, гвардейцы не разрешали его хоронить.


© 2015—2018 Проект «Война в Абхазии»
Ваши отзывы, пожелания, интересные материалы отправляйте по адресу: admin@war-in-abkhazia.ru