Трепещет яростное сердце,
Пылают очи старика,
Почуяв в доме иноверца,
К кинжалу тянется рука...

Важа Пшавела

Война в Абхазии
1992—1993
Увеличение текста: Ctrl+

НачалоПубликации → Абхазия без оружия
Но и без хлеба, воды и света

Сегодня едва ли не самая туманная, малопонятная точка на политической карте бывшего Советского Союза — Абхазия. Сюда не ходят поезда, не летают самолеты. Редкий раз донесется из здеших мест скупое известие — о введении режима особого поведения граждан (почти чрезвычайное положение), о митингах сторонников Звиада Гамсахурдиа. И  все.  Вроде есть,  существует Абхазия, и в то же время словно бы ее и нет.

«Известия» направили в эту ставшую в одночасье «терра инкогнита» республику специального корреспондента.

Сухуми, март. Если бы я не знал этот город раньше, в лучшие времена, когда здесь все пело, звенело в поднебесье, наверное, мне было бы легче. Толпы людей, жаждущих хлеба, который неизвестно, привезут ли вообще; дома без тепла, без воды и часто без света; почти пустые рынки, где у редкого продавца картошка под 20 рублей за килограмм; комендантский час с 23.00 до 6.00 — вот что я увидел. А еще посты по всей дороге от границы с Краснодарским краем до Западной Грузии с милицией и солдатами внутренних войск, вооруженных короткоствольными десантными автоматами. Только в Сухуми несколько таких постов.

Когда-то в 1921 году ставшая совершенно самостоятельным государством Советская Социалистическая Реслублика Абхазия закрыла свои границы и объявила карантин. Константин   Паустовский писал, что она спасалась от мародеров, хлынувших было сюда из разрушенных      гражданской войной в России, Украины.

Теперь, похоже, пора спасать саму Абхазию. Оказавшись вместе с Грузией вне СНГ, вне всего остального мира, она оказалась вне продовольствия, вне связей, обеспечивающих нормальную ее жизнедеятельность. Попытки самим наладить взаимоотношения с республиками бывшего СССР раз за разом оборачиваются срывом обязательств со стороны партнеров, а то и прямым обманом.

Любой сухумец расскажет вам о том, к примеру, как Украина, получив огромную партию мандаринов, вместо обещанных сахара и масла предложила деньги. Но деньги, как известно, кушать трудно. Да и купить на них, кроме водки за 130 рублей и импортных сигарет в коммерческих ларьках, практически нечего. Изоляция Абхазии усугубляется для ее жителей еще и отсутствием газет из Москвы и Тбилиси. Что происходит в мире, люди узнают разве что из телевизоров и радиоприемников, если, конечно, в те минуты не отключено электричество.

Я добирался сюда из Адлера. Не знаю, смог бы сделать это, если бы не давний друг — художник Рауф Барциц, раздобывший где-то бензин. Цена на бензин поднимается до 12 рублей за литр, да и того не найти. В Тбилиси, говорят, с горючим еще хуже. Как самую большую драгоценность вез Рауф из Адлера и хлеб — две булки: больше в одни руки не дают. У старенького автомобиля спустило колесо: дороги здесь разбиты ужасно, сплошные выбоины, ямы. Нужен был насос. Остановилась, заметив беду, тольно одиннадцатая машина. Боятся. Еще недавно на дорогах бесчинствовали грабители: угрожая оружием, отбирали все ценное, машины тоже. Трижды взрывали железнодорожное полотно.

Плохо в Абхазии. Хорошо, одно: войны нет…

«Гаумарджос Сакартвело!»

Зато митингующих — в избытке. Каждый день третий месяц подряд, представители грузинской части населения Абхазии проводят митинги в защиту Звиада Гамсахурдиа. Приезд Эдуарда Шеварднадзе в Тбилиси словно вдохнул в митингующих силу. На фасаде грузинского драмтеатра в Сухуми, у которого вот уже месяц продолжается сидячая забастовка молодежи, появились новые лозунги: «Шеварднадзе, вон из Грузии!», «Требуем вывести войска СНГ нз Грузии». О том же говорят выступающие и на митингах. Среди прошлой недели во время традиционного — с 12 до 4 дня — митинга у морского вокзала было проведено ритуальное сожжение муляжа Шеварднадзе. При этом скандировали: «Гаумарджос тависупали Сакартвело!» («Да здравствует свободная Грузия!»). Это после того, как Эдуард Шеварднадзе был избран председателем Госсовета Грузии.

Странно. Как в театре абсурда. Группа митингующих, полных праведного, по их мнению, гнева, ораторы, посылающие в мегафон одни и те же призывы быть стойкими в акциях мирного неповиновения «хунте, взявшей власть в руки». А рядом, в десятке метров от них потягивают из маленьких чашечек крепкий кофе по-турецки (почти последняя радость, оставшаяся от прежних времен) тоже сухумцы.

Но что их объединяет, кроме места прописки?

Архипелаг Абхазия

Я говорил со многими людьми, разными. И суждения их были разными. Такое складывалось впечатление, что живут они на отдельных островах, совершенно не связанных.

Прежде поляризация была иной. Была абхазская позиция — вхождение Абхазии в состав РСФСР, восстановление утраченного в 1931 году статуса союзной республики. И была грузинская — Абхазия часть Грузии, а Грузия едина и неделима. Грузин, напомню, в республике почти в 2,5 раза больше, чем абхазцев. Противостояние, особенно после того, как абхазцев стали обзывать пришельцами, отказывая им в праве жить на земле предков, привело к трагической развязке в июле 1989 года, когда в вооруженных столкновениях погибли люди — как абхазцы, так я грузины.

Теперь положение иное. Худо ли бедно абхазцы и грузины живут мирно, не доверяя особенно друг другу, но и не обостряя отношений. Правда, и прежнего единства в их лагерях нет. Если среди абхазцев различность в суждениях не столь велика, то среди грузин после известных событий декабря — января раскол очевиден. Большинство здешних грузин остаются верными идеям свергнутого президента Гамсахурдиа. Это, как правило, мингрельцы (среди грузин мингрельцев едва ли не миллион). Но в последние дни проявили себя сторонники иного мышления. При мне в Сухуми они провели учредительный съезд партии, назвавшей себя прогрессивно-демократическим союзом Абхазии и поставившей задачу консолидации грузинской общественности в республике. На съезде говорили о том, что ПДС призван проводить «поистине демократические преобразования в Абхазии в пределах единой демократической Грузии». Но председатель местной региональной организации Хельсинкского союза Грузии Автандия Давитая сказал прямо о том, что «если ПДС будет добиваться восстановления коммунистических структур, станет проводником политики и взглядов Эдуарда Шеварднадзе, то ничего не добьется и не получит поддержки масс».

Абхазцы в споры грузки не вступают. Но высказывать собственное мнение о том, что происходит,  почему, что ждать дальше, естественно, высказывают. Иногда очень, я бы сказал, своеобразно.

Историк Станислав Лакоба, например, в газете «Республика Абхазия», оценивая ситуацию, рассуждает так: «Чеченский синдром сделал союзниками Россию и временное правительство Грузии, которые совместно, как и в XIX столетии, приступили к подавлению освободительных движений на Северном Кавказе и в Абхазии. Мы вновь оказались между молотом и наковальней… Чтобы замкнуть Абхазию на ключ, новое руководство Грузии пытается усилить здесь свое присутствие при прямой поддержке военной машины СНГ… Правительства в Грузии приходят и уходят, а их курс по отношению к абхазскому и другим народам остается неизменно имперским и традиционно жестким…»

Российскому обывателю, для которого абхазцы и грузины на одно лицо, а Абхазия и Грузия одно и то же, эти высказывания покажутся откровением. Но и в среде интеллигентов, казалось бы, многое знающих, должного понимания, в чем причина спорот двух живущих рядом, таких вроде бы похожих народов, нет. В этом я не раз убеждался в Москве. Из центральной прессы, пожалуй, что «Известия» последовательно, с 1989 года, рассказывали об абхазско-грузинских противоречиях, истоки которых лежат в глубине веков. Да, живут они рядом. Но говорят на разных языках, и менталитет у них разный. Не случайно и в 50-е, и в 60-е, и в 70-е годы отношения обострялись до предела — каждые десять лет. Да, прав публицист Виталий Шария, замечая: «Когда говорят, что Абхазия связана с Грузней тысячью нитей, мне хочется поправить: не тысячью, а 240 тысячами (если исходить из переписи 1989 года) нитей». Но и поэт Даур Зантария прав, говоря, что вес равнодушнее внемлют призывам жить в мире, все горячее, тяжелее в их жилах пульсирует желание разобраться наконец друг с другом раз и навсегда, раз уж жизнь такая безрадостная.

Как избежать тупика?

Свет в конце тоннеля

Тоннель все-таки есть. Хуже было бы, если бы и тоннеля не существовало, чистое поле. Это понимают даже сторонники Звиада Гамсахурдиа, с которыми я беседовал на минувшей неделе. Зураб Кварацхелия представлял сухумское региональное отделение Хельсинкского союза; Нугзар Кантария был из Зугдиди, член правления регионального отделения Общества Святого Ильи Праведного. Вежливо поздравив «Известия» с 75-летием, кратко сказав, что акции мирного неповиновения будут продолжаться до той поры, пока не восстановят власть законно избранного президента Грузии, детально разоблачив «всех приспешников Шеварднадзе и его лично», оба в один голос опровергли сообщение о проекте создания Абхазо-Мингрельского государства.

Нугзар Кантария сказал: «Это злонамеренная дезинформация, равно как и сообщения, будто Гамсахурдиа был в Сухуми после приезда из Армении, а затем якобы призывал к тому в Зугдиди. Он в этих местах не появлялся. Хунта желает очернить законного президента, приписывая ему грех сепаратизма. Мингрелия за единство Грузии. Более того, на нее историей возложена сегодня миссия объединения всех грузин, как когда-то это делали, не считаясь с лишениями и тяготами Кахетия, Картли. Но нас пугают силой, готовят военное вторжение…»

Я встречался и говорил со сторонниками Гамсахурдиа и два, и три года назад. Но никогда прежде не видел в них столь почтительного отношения к абхазцам. По местному телевидению было показано выступление Звиада Гамсахурдиа, в котором он говорил о добрых чувствах к абхазцам — на абхазском языке. Все чаще говорят, например, о возможном создании Абхазо-Грузинской федерации, куда Абхазия могла бы войти на правах самостоятельного субъекта, проводят параллель с Чехословакией.

Такую модель содружества на федеративной основе обсуждали и представители новых властей Грузии, встретившись в Сухуми с Зурабом Ачба, депутатом, юристом, чье мнение, несмотря на его молодость, в Абхазии ценится высоко. Правда, Зураб Ачба в беседе со мной подчеркнул: «Заявление, тем более устное, еще не означает готовность к действиям. Время романтиков о политике кончилось. Назрела необходимость в прагматиках. Ни один грузин жить в другой стране не захочет, кроме Грузии. Но и Абхазия больше не сможет находиться в силках подчинения снизу вверх. Решить проблемы могли бы горизонтальные, а не вертикальные взаимоотношения…»

К сожалению, найти общие точки соприкосновения не удается не только в немногочисленных пока общениях с тбилисцами, но и в самом парламенте Абхазии. Часто по причине куда более простой — в противостоянии абхазской и грузинской части парламента, особенно сложном при формировании Кабинета министров. Казалось бы, лучше всего в такой многонациональной республике назначать на ключевые посты профессионалов вне зависимости от того, грузин он, абхазец или русский, армянин. Но привычка — вторая натура. Если, к примеру, прокурор-абхазец, по правилам, выработанным лет 30-45 назад, министр внутренних дел должен быть обязательно  грузином. При мне спор на эту тему ни к чему не привел. Сергей Шамба, возглавляющий    согласительную комиссию (он руководит еще Народным форумом Абхазии «Аидгылара») после того, как депутаты, так и не договорившись, разошлись, в сердцах сказал: «Если так пойдет дело,  то нас ждет парламентский кризис. Что же мы за парламент, если не можем сообща сформировать Кабинет министров?! Остается только самораспуститься…»

— Медленно, крайне медленно, — продолжал он, — мы идем к тому, чтобы понять: интересы Абхазии должны стать приоритетными для всех ее жителей. Влиять на глобальные процессы — взаимоотношения, положим, России с США, с Ираном, Турцией — нам трудно, да и не требуется этого. У себя, в Абхазии, надо отладить жизнь, тем более в ситуации, когда суверенность республики опять под вопросом. Когда Россия внсвь сойдется интересами с Грузией, она, вполне возможно, даже не станет заниматься Абхазией. Зачем, когда она получит Абхазию вместе с Грузией?..

Если добавить к сказанному Сергеем Шамба, что при таком повороте дел (если он будем таким) может уменьшиться влияние Абхазии в Конфедерации горских народов Северного Кавказа, понятным станет его озабоченность. Сама конфедерация учреждалась в Сухуми, инициатором ее создания была «Аидгылара». Стремление быть в таком содружестве обусловлено общими традициями, близостью интересов малых народов Северного Кавказа, возможностью защитить друг друга. Между тем и там достаточно противоречий для того, чтобы говорить о Конфедерации, как о некоей монолитной реальной силе. Может быть, и поэтому председатель Верховного Совета республики Владислав Ардзинба не заострял внимания из Конфедерации горских народов, когда я спрашивал его о том, в каких геополитические координатах видит он Абхазию?

— Мы стремился к укреплению взаимоотношений со всеми соседями, — сказал Владислав Григорьевич. — В двустороннем порядке, на равных, самостоятельно решая свои вопросы. Это подтверждается и принятием закона об основах экономического суверенитета, позволяющего самим распоряжаться достоянием республики — от предприятий до пансионатов. К сожалению, некоторые депутаты парламента смотрят иа Абхазию как на придаток Грузии. Так быть не должно. Хочу надеяться, что у нового руководства Грузии достанет уважения к правам наших граждан.

Тяготы жизни, обусловленные распадом сложивишся связей, коснулись всех без исключения граждан Абхазии. Десятилетиями республика, интегрированная в союзные структуры, развивалась как курортная зона, всесоюзная плантация цитрусовых, чая, субтропических культур. Продовольствие, зерно получала из-за пределов республики. Таков был порядок. Но теперь нет СССР, и мы оказались отрезаны от всех, оказались заложниками прежнего порядка. Вот наши координаты.

Вы знаете, мы ввели со 2 марта режим особого поведения граждан, приняли меры по охране границ. Порядка, не в пример прежним дням, стало намного больше. Думаю, положение стабилизируется, дела пойдут в гору, будет мир…

…Я уезжал из Абхазии, когда солнце уже припекало по-весеннему, а по обочинам дороги еще лежал снег. Он был очень большим, этот снег, нынешней небывало холодной зимой, местами до метра глубиной.

Но ведь тает…

Владилен АРСЕНЬЕВ.
АДЛЕР — ГУДАУДА — СУХУМИ — МОСКВА.


© 2015—2016 Проект «Война в Абхазии»
Ваши отзывы, пожелания, интересные материалы отправляйте по адресу: admin@war-in-abkhazia.ru